Человек начинается с детства…
Издательство православной литературы
Для авторов    
Отдел продаж    
eMail    
Skype    

Человек начинается с детства…


  29.06.2019
  Конкурс православного рассказа "Радости и печали моего детства"
Человек начинается с детства… Каждому ребёнку нужен мир, где можно смеяться,  
                              танцевать, петь, учиться, жить в мире и быть счастливым.
                                                                                                   Малала Юсуфзай
       И у меня был такой мир!
       Только став взрослыми, мы понимаем, что детство – самое счастливое и беззаботное время. Я всегда вспоминаю эту пору с тихой грустью. Если бы можно было вернуть детские годы!.. Но я прекрасно понимаю, что они остались только приятным воспоминанием. И то, что внушили мне с детства, осталось со мной навсегда. Моё детство – это моё Лето Господне.
      «Мне кажется, что одна из самых больших удач в жизни человека – счастливое детство», - писала Агата Кристи. Значит, я очень удачливый человек! У меня было очень – очень – очень счастливое детство. Детство – это единственный период в жизни, когда тебе ничего не страшно. Главное, чтоб рядом была МАМА! И поэтому для меня три равно значимых слова: ДЕТСТВО – МАМА – СЧАСТЬЕ. Она всегда была рядом, моя мамочка, всегда во всём поддерживала, любила и оберегала от всяких бед и неприятностей. Пока со мной была моя мама, со мной всегда был мой ангел – хранитель, мой Бог, мой мир…
       Самое страшное воспоминание детства – это разбитые коленки и исцарапанные руки…
       Благодаря родителям, в семье у нас царил культ книг. И ничему, наверное, я так не радовалась, как новой книге, которую мы читали по очереди и обсуждали. Это было замечательное время! Тоскую я по нему…Разве встретишь сегодня семью, где бы дети «дрались» за право первым читать новую книгу?! А у нас с сестрой такое частенько бывало. Все каникулы у нас проходили под девизом: «Ни дня без строчки!» Около трёх тысяч книг было в нашей домашней библиотеке, которой отец, заядлый книголюб, очень гордился. Всё свободное время папа читал. Закрываю глаза – и вижу его с книгой в руках. Спасибо, дорогой, что привил нам, своим детям, любовь к ЕЁ Величеству Книге. Все новинки литературы, какие только можно было достать, он непонятно каким образом доставал. Едва появились романы А. Рыбакова «Дети Арбата» и Дудинцева «Белые одежды», как отец, довольный собой, радостно протягивал их мне…Полное собрание сочинений классиков русской и зарубежной литературы - Л.Н. Толстого, И.С. Тургенева, Ф. М. Достоевского, Н. В. Гоголя, А.П. Чехова, М. Е. Салтыкова – Щедрина, Шолом – Алейхема, Лиона Фейхтвангера, Золя, Дрюона, Гонкура, Ремарка и мн. др.-  до сегодняшнего дня занимают достойное место в моём кабинете. Кроме этого, папа выписывал регулярно журналы «Юность» и «Роман – газета». А начиналась наша любовь к книгам с произведений Александра Сергеевича Пушкина. Черномор из поэмы «Руслан и Людмила» настолько пленил моё детское воображение, что я и сегодня, закрыв глаза, переживаю эти детские ощущения. Как только мама заходила в детскую комнату, я протягивала ей книгу Корнея Чуковского и произносила только одно слово: «Бибигона!» И мир для меня оживал: вместе с Бибигоном я снова и снова сражалась со страшным индюком Брундуляком и Крокодилом, который солнце проглотил, мысленно ругала синичек, которые «взяли спички». А потом на долгие годы меня «захватил» Карлсон, который живёт на крыше, и мне так хотелось, чтобы он поселился на нашей крыше и стал моим другом. А позже произведения Жюля Верна настолько увлекали меня, что я забывала обо всём на свете и возвращалась в реальный мир только когда возвращалась с работы мама и я лихорадочно вспоминала, что посуду не помыла, пыль не вытерла, картошки не начистила, и начинала суматошно носиться по дому. Мама не сердилась, а я обещала исправиться, а назавтра всё повторялось. Ну, конечно же, во всём был виноват Жюль Верн со своим «Таинственным островом», от которого просто невозможно было оторваться. Прочитав последнюю страницу, я тут же принималась перечитывать с начала. Такую пленительную власть надо мной в уже зрелом возрасте имеют две книги: «Мастер и Маргарита» М. А. Булгакова и «Лето Господне» Ивана Шмелёва.
     Помню ещё, перед тем как лечь спать, мы с сестрой по очереди рассказывали наизусть выученные стихи. Балладу «Вересковый мёд» Роберта Луиса Стивенсона и стихотворение «Рассказ танкиста» А. Т. Твардовского до сих пор помню и люблю. Чтобы заткнуть сестру за пояс, начала учить наизусть все стихотворения Сергея Есенина.
      Школьные годы всегда вспоминаю с особой теплотой. Господи, сколько же хорошего было! И доброе морщинистое лицо   первой учительницы Марии Андреевны (она же была первой учительницей моих родителей), её первые уроки доброты, теплоты, любви – в памяти останутся навечно.
       А какие были снежные зимы! После занятий мы обязательно шли на горку всем классом и до самых сумерек, голодные, холодные (но такие счастливые!) катались кто на чём, но самым популярным «транспортом» был школьный ранец. А потом кто – нибудь вспоминал, что у него осталась несъеденная булочка, извлекал её из потрёпанного ранца и, держа двумя пальцами, давал откусить всем (обязательно находился тот, который специально кусал товарища за палец, но почему –то это вызывало у всех только смех), злобы не было. И каждый раз история повторялась. Наверное, это нас объединяло. Всем классом после уроков мы ходили собирать макулатуру и металлолом. И это не было принуждение! Нам это даже нравилось! А когда нас за это премировали трёхдневной поездкой в Беловежскую пущу, счастью нашему не было предела. Вековые ели, метровые шапки снега, величественные красавцы – зубры. А вечером дискотека. Вот уж действительно «Счастливая, счастливая, невозвратимая пора детства…» А ещё очень ярким впечатлением детства была наша тимуровская помощь: одноклассник сказал, что на одной улице с ним живёт одинокая старушка, которая нуждается в помощи. Никого не пришлось уговаривать, после школы, не заходя домой, мы отправлялись помогать (5 км от школы) этой пожилой женщине (хотя он отказывалась от помощи). Помню, как мальчишки сразу начали возиться с дровами, девочки занялись уборкой. Мы вытрясли из карманов всю мелочь, сходили в магазин (как сейчас помню, купили буханку белого хлеба и банку кильки в томате), накрыли стол. Бабушка плакала. А мы, растроганные, домой шли молча. С этого дня наша помощь была регулярной. А когда через полгода нашей старушки не стало, мы плакали, как будто потеряли близкого человека. Кто учил нас этому? Наверное, правильное было воспитание. Родители, учителя своим жизненным примером давали нам правильные ориентиры. Я не помню, чтобы с нами проводили какие – то длинные беседы на тему «Что такое хорошо и что такое плохо». Не было поблизости ни одного храма. Просто жили, имея каждый своего Бога в душе. Хорошо мы жили, дружно. Человек, действительно, начинается с детства. Были и «классики», и «казаки – разбойники», и «испорченный телефон», и прятки, и горелки, и лапта, не было только современных гаджетов, к счастью. Возможно, моё детство не было бы таким счастливым, если бы они тогда были. Не хотелось бы заменять живое общение виртуальным.
       Одним из самых ярких впечатлений моего детства стала поездка в международный детский лагерь «Артек». Когда я училась в 7 классе, в республике был объявлен конкурс «Подарок «Артеку». Я же просто не могла в нём не поучаствовать. Не надеялась на победу (победитель только один), хотя очень хотелось. И чудо свершилось! 38 солнечных счастливых – счастливых дней! Везло мне в детстве на хороших, добрых, открытых людей!
     Думаю, многие помнят американскую девочку Саманту Смит, которую называли первой ласточкой мира, и не многие знают, что в 1986 г. по приглашению М. Горбачёва Советский Союз посетил австралийский мальчик Сэймон Бёрк, также написавший письмо главе государства. Его привезли в «Артек», чтобы показать, как живут советские дети, как отдыхают, общаются. Целый день он провёл в нашем отряде. Смотрю сегодня на фотографию этого рыжего веснушчатого мальчика, который сказал: «Я теперь знаю, как выглядит счастье», и понимаю, что это и было настоящее счастье.
     Моё детство – это и слёзы моего деда. День Победы для меня – это Праздник со слезами на глазах. Со слезами моего деда. Крупными мужскими слезами.
      9 Мая дед всегда надевал свой парадный пиджак с боевыми наградами. Мы приносили цветы. Помню, что это были красные тюльпаны. Всегда красные тюльпаны. Так и запечатлелась в моей памяти картина на всю жизнь: дед с букетом красных тюльпанов плачет навзрыд и вытирает кулаком слёзы. Плачет, потому что остался жив, потому что потерял много родных (брат Василий Каленикович в 1944 году пропал без вести, сестра Александра пропала в концентрационном лагере) и друзей… Мы, дети, возненавидели войну, которая заставляла плакать нашего дедушку. Он редко рассказывал о том, что ему довелось перенести. «Лучше вам этого, внучки, не знать», - говорил он, - лучше не знать…» И лишь когда мы повзрослели, а дед, к сожалению, постарел, он говорил: «Вы должны это знать. Это не должно повториться. Никогда».
        Слёзы деда. Слёзы ветерана. Что же стоит за ними? Об этом я рассказываю сегодня своим детям. Чтобы знали. Чтобы помнили. Чтобы никогда – никогда не забыли. Чтобы это никогда не повторилось. Дед, мы тебя помним! Мы тобой гордимся!
       Мой дедушка родился в 1921 году в деревне Малая Ольса Кличевского района. Ни отца, ни матери он не помнил. Их, семерых детей, воспитывал дедушка.
       И вот – война…Однажды под Старой Руссой группе Демьяна Воронича поручили наладить связь, повреждённую бомбёжками. Командир группы, он сам забрался на столб и приступил к работе. И тут внезапно налетели вражеские самолёты, сбрасывая бомбы. Столб внизу снесло, и дед вместе со связистом повис на проводах. Однако у него уже был опыт работы в таких тяжёлых условиях, и спустя некоторое время связь была налажена.
       Первую свою награду, медаль «За боевые заслуги», Демьян получил на фронте за блестящую операцию: перед группой поставили задачу наладить связь между наступающими частями и тылом. Связисты шли по просёлочной дороге, им встретилась «эмка», из кабины которой выглянул полковник и спросил, где находится штаб. Сержант Демьян Воронич мгновенно сориентировался, задержал всех, находящихся в машине, и отвёл в штаб. Позже ему сообщили, что им была задержана группа немецких разведчиков.
         При участии моего деда в период Великой Отечественной войны налажено и обслужено несколько сотен километров постоянных и полевых телефонных линий.
       В годы войны мой дед прошёл славный боевой путь на Северо – Западном, 1 – м Белорусском фронтах, освобождая Ленинградскую, Псковскую, Новгородскую, Калининскую области. Затем в составе Войска Польского участвовал в Демьянской, Ковельской, Холмско – Люблинской, Варшавской и Берлинской операциях. Его боевой путь и заслуги отмечены 4 – мя правительственными наградами и 4 – мя наградами правительства Польской республики («Крыж за заслуги»), а также благодарностями Сталина, Жукова и командования.
      Мужественно сражался на фронтах Великой Отечественной войны, прошёл от Прибалтики до Берлина. Кровопролитные бои под Старой Руссой, победоносное шествие по земле родной Беларуси, братской Польши, штурм фашистского логова – Берлина навсегда остались в его сердце. Вернувшись в родной город, дед мечтал о мирном созидательном труде. Только и теперь ему довелось быть на посту. По призыву горвоенкомата и горкома партии он начал работать в органах КГБ. Всё, что было завоёвано в кровопролитных боях, теперь нужно было защитить от недобитых бандитов, что скрывались в лесах Беларуси, от вредителей и диверсантов, от криминальных элементов. Бандитские шайки не щадили ни детей, ни женщин, ни стариков… Грабители, воры, убийцы орудовали в поездах, на вокзалах, на полустанках…
     Милицейский пост в те дни был передовой линией фронта: нападения на склады и магазины, убийства и ограбления – все самые дерзкие и изощрённые формы использовали преступники. Выстоять в таких неимоверно тяжёлых условиях было под силу лишь людям огромного мужества, беззаветно преданным своей стране.
      Пожелтевшие фотографии помогают мне зримо представить, как полуголодные, плохо одетые, кое – как вооружённые милиционеры показывали примеры мужества, героизма, самоотверженности.
      Не однажды приходилось дедушке рисковать жизнью в те годы, не раз вступал в неравную схватку с бандитами, не раз ему угрожали, но он не поддавался ни на какие уговоры и угрозы бандитов. Не раз в него стреляли.
      Разве борьба с такой нечистью не была передовой линией пускай не ревущего моторами танков, но всё равно беспощадного и жестокого фронта?! Газеты не печатали и радио не передавало сводки о событиях на нём. Лишь иногда промелькнёт немногострочная заметка о подвиге милиционера или чекиста, совершённом при задержании опасного преступника или преступной шайки. А падали от бандитских пуль или удара ножом многие, очень многие…
    Вот и мой дедушка во время схватки с бандитом получил серьёзное ранение, много месяцев провёл в больнице, находясь между жизнью и смертью. А ведь он прошёл всю войну и ни разу не был ранен! Лишь    всю жизнь болезненно откликалась тяжёлая контузия, которую он перенёс под г. Остраву.  К счастью, выжил, но на всю жизнь остался инвалидом.
        Демьян Каленикович был человеком очень честным, принципиальным. Насмотревшись ужасов на войне, не мог допустить, чтобы в мирное время погибали люди, чтобы они плакали и страдали. По зову сердца пришёл он на службу в органы МВД, но, к сожалению, по состоянию здоровья в 1961 году вынужден был покинуть нелёгкую, но почётную службу в милиции.
       … Давно отгремела война, ушли в прошлое тяжёлые послевоенные годы. Давно уже нет с нами горячо любимого дедушки. Бессонные ночи, переживания… Наверное, поэтому так рано ушёл из жизни дорогой мне человек. Теплом своего сердца согревал окружающих, себя не берёг. В нём был нравственный стержень. Дай бог такой каждому из нас! Память о нём навсегда останется в сердцах тех, кто его знал и любил.
     Сегодня я понимаю, что беззаботное детство дарится заботливыми и любящими родителями. Детство – это родной дом, где всё такое родное, уютное и близкое… Какое же это счастье, когда можно вернуться домой!
                                              Я в детство дверь тихонько приоткрою…
                                              Который раз… Но мысленно… Тайком…
                                              Там пахнет Новым годом и весною…
                                               Хочу взглянуть на детство хоть одним глазком…
                                                                                              Н. Разбицкая
     «Счастливая, счастливая, невозвратимая пора детства!» Счастливым в детстве может назвать себя тот, у кого была бабушка. У меня была такая бабушка, которая ради своих внуков способна была совершить невозможное. Сегодня я ставлю знак равенства: ДЕТСТВО = БАБУШКА = СЧАСТЬЕ. И, вспоминая своё детство, я хочу говорить о ней, именно о ней, о моей любимой бабушке Тане, Татьяне Фёдоровне.
     У меня была настоящая бабушка. Она зачёсывала волосы гребешком и носила платок.
     У бабушки жил петух. Он расхаживал среди белоснежных кур – девушек настоящим гусаром. Наклонив голову набок, смотрел на любого, кто посягал на его территорию, его гребень багровел, и он внушал ужас. Боялись его все, кроме бабушки. Петька же не боялся никого, кроме бабушки. На огороженную сеткой «куриную» территорию никто из детей не заходил, обходили стороной. И вот однажды я в саду собирала яблоки… Собираю себе, собираю, вдруг поднимаю голову – и в двух шагах от себя вижу «злыдня» Петьку. От страха, наверное, у меня зашевелились волосы. Бросив корзинку, я начинаю бешено кричать: «Ба! Ба! Ба – бу – шка-а – а- а-а! А – а – а!» И, как оголтелая, начинаю скакать по огороду. Пётр, естественно, гонится за мной. Один раз ему удалось - таки меня клюнуть в плечо. Я захлёбывалась от крика. И вот наконец мои крики были услышаны, на помощь прибежала перепуганная бабушка. Я долго не могла успокоиться, меня трясло от пережитого ужаса. «Ну хочешь, я его сейчас зарублю?» - спросила бабушка, и это меня успокоило: не могла же я позволить бабушке стать палачом. Повзрослев, я поняла, что бабушка не могла причинить боль ни единому живому существу, поэтому даже куры умирали у неё от старости, и мы их не ели, а хоронили.
       Помню, в конце 70 – ых бабушка ездила в Москву (навещала свою старшую дочь) и привезла бананы. До этого мы даже на картинках их не видели. В наш город впервые завезли бананы в 1987 году, в день 600 – летия города. Это было событие! «Говорят, - сказала бабушка, - что они полезные, я попробовала – сдаётся мне, что мыло пожевала. Но вы ешьте, детки». И мы с сестрой, сморщившись, пробовали это заморское лакомство. А бабушка смеялась: «Смотрите только пузырей не напускайте!»
         Казалось, бабушка позволяла нам всё. Я сейчас думаю: можно ли любить своих внуков больше, чем любила моя бабушка?!
        Когда я заболела ветрянкой, ходила такая страшная – страшная, зелёная, как пузырчатая жаба, и плакала постоянно: то ли от того, что было больно, то ли от того, что я такая страшная, бабушка решила меня развеселить и принесла …ворону (да! настоящую живую ворону, которая стала мне другом и долгое время жила у нас). Плакать я перестала. Спасибо, моя бабулечка, дорогой мой человечек!
      Мою бабушку любили все и называли ласково Татьянкой. Мне это безумно нравилось. По вечерам на лавочке у бабушкиного дома собиралось пол – улицы. Жгли костёр, пели песни, рассказывали различные истории. Старики часто вспоминали войну. Бабушкины соседи дед Фоня и баба Вика пережили ужасы Освенцима, и мы, дети, с интересом слушали их истории и рассматривали на их руках навечно выжженные фашистами номера.
       Бабушке с пятилетней дочерью пришлось пережить все ужасы лагеря смерти «Озаричи». Я узнала историю большого шрама на лбу у бабушки. Фашисты приезжали в лагерь на грузовике и бросали в людей хлеб (буханки – кирпичи), дико хохотали, наблюдая за тем, как доведённые до безумия люди пытаются поймать эти «кирпичи». Многие были там с детьми. И таким «хлебом» каратель попал бабушке в лоб, кровь лилась ручьём, а эти нелюди хо – хо – та – ли. Рассказывала бабушка, что детей укладывали спать на умерших, чтоб теплее было (лагерь располагался на болоте). Было сыро и холодно…  И выжила. И ребёнка спасла. И не имела моя бабушка ни одной награды. И пенсию получала мизерную – 30 рублей. И никогда не жаловалась на жизнь. Никогда. И все беды стойко переносила. И улыбалась всегда! И глаза излучали свет и тепло. Это о таких людях, как моя бабушка, говорил А. И. Солженицын: «Не стоит село без праведника».
       Достатка большого не было в семье, но мы никогда не голодали. Я не знаю, что такое голод. Помню кулеш – сумасшедший вкус. Как только бабушка ставила сковородку в грубку, по всему дому разносился бешеный аромат. Жаль, что я не научилась его готовить, не узнала бабушкин секрет. Такого вкусного, как в детстве, я больше никогда не ела.
        Наверное, самым любимым праздником в детстве была Пасха. Бабушка красила яйца – целую корзину – на всю большую семью и пекла много – много куличей. Это был праздник не только живота. Бабушка очень любила украшать куличи. Каждый был произведением искусства: птички, цветочки, косички, колоски. Прежде чем разрезать, мы долго изучали эти шедевры. Спасибо тебе, родная, за чудесное детство!
      Бабушка никогда не училась. В семье было много детей, моя прабабушка умерла рано, оставив на свою старшую четырнадцатилетнюю дочь (мою бабушку) 7 малышей. И все выжили. Всех вырастили достойными людьми. Это были 30 – ые годы. Страшные годы. Голодные. Сколько пришлось пережить, перенести! Я поражаюсь тому, как мужествен должен быть человек, чтобы выдержать все тяготы. Никогда не роптала. Я восхищаюсь тобой, моя родная.
      Сколько буду жить, никогда не смогу простить себя…Я приехала к бабушке, чтобы ухаживать за ней. Она была серьёзно больна. Утром просыпаюсь от скрипа двери: бабушка, осторожно, чтобы не разбудить меня, заглядывает в комнату. Увидев, что я уже не сплю, радостно машет головой и приглашает завтракать. Я покрываюсь пятнами. Мне стыдно. Господи, это ведь я, я приехала, чтобы ухаживать за ней. Выхожу в кухню: бабушка приготовила мою любимую жареную картошку. На столе стоит чугунная сковородка, от картошки распространяется сумасшедший запах – запах любимого блюда. А я глотаю слёзы и пытаюсь справиться с комом в горле. Бабушка, бабушка! «Ну что ты не ешь? Не вкусно?» - ласково спрашивает меня бабушка – и слёзы ручьём полились из моих глаз. Она же знала, что умирает, что осталось ей совсем немного, и хотела сделать то, что делала всегда – заботиться о своих внуках, видеть счастливые и довольные лица… С тех пор прошло ровно 28 лет, а эта сковородка с картошкой всегда со мной: и немой укор, и пример «саморастворения» в людях, которых любишь.
    Двадцать восемь лет прошло. А я до сих пор храню носки и свитера, связанные бабушкой, скатерти и простыни, вышитые её маленькими натруженными руками. Я не помню, чтобы бабушка сидела без дела. И нас приучала к труду: садили и копали картошку, пололи, складывали дрова, носили воду; резали и сушили яблоки и груши - бабушка раскладывала их на противнях – и по всему дому разносился сладковато – пьянящий запах, а мы, дети, «воровали» за хвостики груши из печки, ещё не дошедшие до «поприуши», а бабушка только посмеивалась: «Ну очередь в туалет не забудьте занять». А мы не видели связи. Ха – ха.
    К сожалению, у моей дочери не было такой бабушки. Моя мама умерла, когда дочке был годик. Все эти годы я чувствовала, как обделена моя девочка. Как это важно, чтоб в жизни каждого человека была бабушка! Может, скоро я сама приобрету такой статус. Я знаю, что я буду хорошей бабушкой. У меня есть с кого брать пример. И я всегда помню сковородку с жареной картошкой. И своё счастливое детство.  Покойся с миром, мой дорогой человек! ЦАРСТВИЕ ТЕБЕ НЕБЕСНОЕ…

Ссылка:  https://vk.com/photo-21506915_456240877

Возврат к списку